«Вся молодёжь уезжает — и меня это не напрягает»: Дмитрий Онучин об общественных движениях Архангельска

 Фото: Личный архив Дмитрия Онучина
Метки:

Дмитрий возглавляет молодёжную организацию «Антидилер» и движение «Здоровый автобус», удостоенное звания «Молодёжный социальный проект года».

Сегодня, 27 июня, в Российской Федерации отмечают День Российской Молодёжи. Как известно, именно от молодёжной целеустремленности и желания принести пользу Отечеству во многом зависит прогрессивное развитие нашей страны.  А чем живёт активная молодёжь Архангельска? Задавшись этим вопросом, мы решили пообщаться с ярким представителем позитивной северной молодёжи, лидером общественных организаций «Здоровый автобус» и «Антидилер» 21-летним архангелогородцем Дмитрием Онучиным.

От «Молодой Гвардии» и КРАО — в прокуратуру

С чего ты начал свой путь общественника?

Наверно, всё началось около трёх лет назад, с «Молодой Гвардии». Там состоял мой друг, начал приглашать на разные мероприятия — так как-то всё и понеслось: потихоньку-помаленьку… До этого я просто не знал, что есть инструменты, которые позволяют влиять на общественную жизнь, что-то менять. Я понял, что в России общественников власть слышит, а если не слышит, можно сделать так, чтобы услышала. После первых акций меня звали дальше, я всё чаще стал принимать участие в мероприятиях… Начал и сам их организовывать, увлёкся, понравилось.

В России последнего времени наметился тренд побуждать людей активнее заниматься общественной деятельностью. С какими приходилось иметь дело тебе?

Как видишь, к первым шагам побудила «Молодая Гвардия», Но потом там развернулась политическая подковёрная борьба, и больше желания с ними связываться нет. К тому же, там часто устраивают мероприятия ради факта их проведения, а не для реальной помощи людям.

Тогда мы с единомышленниками стали больше действовать по собственной инициативе, без привязки к каким-то движениям. Постепенно пришли к тому, что надо сделать акцент на общественный транспорт — как раз повысились цены на проезд в автобусах Архангельска. Чуть позже я оказался на обучающем семинаре Корпорации Развития Архангельской области (КРАО). Рассказал о своём проекте движения, меня поддержали и некоторое время мы проводили мероприятия вместе, но в ноябре прошлого года «Здоровый автобус» перестал сотрудничать с КРАО.

Но если в «Молодой Гвардии» ты познакомился с общественной работой, то что дала КРАО?

Там проводят много разных обучающих курсов. Научившись сам, я затем ездил по области, обучал молодёжь — как создать свой проект, как лучше его преподнести, чтобы он был понятен власти и обществу. Всесторонняя подготовка, в том числе психологическая, позволяет без вложений сделать проект — и это достаточно интересно. На самом деле, работая в районах, мне приходилось сталкиваться, что молодёжным общественным организациям нужны деньги, никто не умеет договориться о партнёрской помощи. Благодаря КРАО этому я научился, методологическая поддержка у них на хорошем уровне.

Действительно ли сегодня чиновники прислушиваются к общественникам так, как это преподносится в региональных СМИ?

Возможно, нам просто повезло, но к «Здоровому автобусу» стали прислушиваться сразу же. Нас постоянно зовут на рабочие мероприятия — публичным чиновникам тоже нужна поддержка со стороны общественности. Могут помочь и материально, например, директор РТС предоставлял свой тягач для перевозки автобуса к месту акции на набережной Северной Двины. Но при этом мелкие чиновники наоборот нас не любят, потому что от них зависят конкретные дела, которые мы их и заставляем делать.

Зато хорошо помогают сотрудники прокуратуры. Когда мы им сообщаем о нарушениях — при пассажирских перевозках или в деятельности «управляек», то прокуратура охотно отрабатывает обращения. На самом деле, между ними и людьми — огромная пропасть. К примеру, прокуратура создала недавно горячую линию по благоустройству. Этот год там объявлен годом благоустройства, но об этом мало кто знает, и горячая линия работала поначалу вхолостую. А в Архангельске множество проблем с благоустройством! Когда мы предоставили им ряд вопиющих случаев, они отработали всё и просят сообщать о нарушениях ещё и ещё.

А много ещё в Архангельске молодёжных общественных движений?

На самом деле, достаточно много, но есть проблема: люди любят больше махать флажками, поговорить о проблемах на круглых столах, а собственно прикладной деятельности гораздо меньше… Я не подавал заявления на участие в молодёжном правительстве: зачем обсуждать проблемы, если их можно сразу отрабатывать с привлечением «взрослых» инструментов? А ещё сейчас модно создавать различные общественные советы, нас тоже приглашают входить туда, но пока смысла я не вижу, так как не вижу за ними деятельности. Скорее всего, мы всё же войдём туда, и попробуем сделать совет действительно общественным и рабочим, а не собранием для галочки. 

ПАЗики здоровыми не станут никогда…

Весной исполнился год деятельности общественного движения «Здоровый автобус». Чего вы достигли за это время?

Уже во время нашей деятельности был принят федеральный закон о пассажирских перевозках. Нелегальные перевозчики постепенно уходят из города: с 15 июля дублирующие маршруты точно исчезнут. Сейчас мы входим в рабочую группу и потихоньку продавливаем позицию горожан — надо не успокаиваться после этих перемен, а организовать нормальный городской транспорт, покупать низкопольные автобусы. Когда я начинал заниматься этой проблемой, то не мог и подумать, что в Архангельске  обслуживанием 70 % всех автобусных маршрутов занимаются одни и те же люди. И сейчас они купили 40 новых автобусов, но не низкопольных — это те же ПАЗики новых моделей, но при этом и меньшей вместимости.

Да, уже оценил новый автобус на маршруте № 60, осталось двоякое впечатление… Для маршрута № 60 это прорыв, но как воспримут такие машины в других районах города?

Менять шило на мыло — не дело. Мы пытаемся донести эту мысль до власти. Так же постоянно идёт работа по заявлениям от граждан. Мы сами до сих пор ездим по маршрутам, проверяем. Итог налицо — лицензионные требования стали в разы меньше нарушать. Совсем недавно такого понятия «нелегальный перевозчик» просто не было. Любой автобус мог выйти на маршрут, назваться «1Г» и ездить. И его никто просто так не мог остановить. А лицензионные требования систематически нарушались например, все помнят частый пропуск остановок. Мы проверяли маршруты с наибольшим числом нарушений, и в итоге, к примеру, маршрут «1У» при содействии прокуратуры упразднили. Перевозчикам это не нравится, сейчас они пугают людей, что будут убраны 30 % автобусов, это не совсем правда, автобусов станет меньше только там, где много дублирующих маршрутов. Пассажиропоток рассчитали специалисты и интересы людей будут учтены.

Оправдала ли себя система с наклейками, которыми отмечали «здоровые» автобусы?

Чтобы получить такую наклейку, персонал ряда ПАЗиков пересмотрел отношение к работе — переставали курить на рабочем месте, мыли автобусы… Но мы столкнулись с тем, что многие ПАЗики не могут получить наклейку из-за своего возраста и крайней изношенности. Было роздано всего около 70 наклеек, остальные машины, со всем уважением к персоналу, никогда уже не смогут получить наш «знак качества». Когда придут новые автобусы — будет другой разговор, стоит посмотреть на корректность работы персонала. Нужно ведь работать для позитива в области пассажирских перевозок, а не вечно выпячивать негатив.

Как поживает ЛИАЗ, который радовал горожан на Набережной в прошлом году?

САФУ сделает из него памятник первому российскому автобусу. В 2017 году будет 110-летие первого российского автобуса, который начал ездить именно в Архангельске. САФУ предоставит место под размещение ЛИАЗа и обеспечит постамент. Осталось найти спонсоров для реставрации самого автобуса. ЛИАЗом владеет Юрий Кириков, выкупивший его как частичку истории за свои деньги. Довольно долго автобус бесплатно стоял в АПАПе, но как только там поменялся директор, хранение там запретили. Автобус переставили на платную стоянку, не было места в ангаре, под дождём он износился ещё больше, так что показывать его горожанам без реставрации теперь уже просто нельзя.

Много у вас сейчас активистов?

Сначала было немного, но сейчас людей достаточно. Для проведения мероприятий хватает добровольцев, все идут сознательно и охотно. Правда, не все готовы работать в ежедневном режиме отрабатывать по постоянно поступающим заявлениям. И ко мне, как лидеру движения, и на общественную страницу пишут о травмах в автобусах, о недочётах в работе персонала… Сначала мы сами писали заявления для исправления нарушений. Сейчас консультируем людей, как и куда им самим грамотно написать. Если много жалоб приходит на один и тот же маршрут, то начинаем подробно разбираться в ситуации.

Какие планы на будущее у «Здорового автобуса»?

Мы не будем останавливаться. Сейчас все карты на руках — вышли регулирующие пассажирские перевозки федеральный и областной законы, порядок в этой сфере хотят навести как городские, так и областные власти. Нам остаётся только контролировать эту ситуацию, громче высказывать своё мнение и добиваться того, что просят люди.

«И я прикинулся БОМЖом»: будни архангельского «Антидилера»

Когда в России появилась организация «Антидилер» и как она пришла в Архангельск?

Она появилась в Красноярске два-три года назад. Прошлым летом мне позвонили её представители и пригласили на сбор общественников в Анапе. На съезде предложили создать уже всероссийскую организацию. Туда ездил мой друг и в итоге мы решили открыть филиал «Антидилера». В последнее время «Антидилер» раскрутился, к нам вступает много активных людей. Мы ориентированы, прежде всего, на прямое действие. Стараемся работать с тем сегментом молодёжи, с которым вообще сейчас не работают — дворовой молодёжью. Лучше пусть эти ребята будут с «Антидилером» и полицией, чем сами начнут нарушать закон. Теперь в «Антидилере» почти сто человек, мероприятия проходят едва ли не ежедневно. Больше всего акций по противодействию распространению алкоголя, с наркотиками сейчас в Архангельске стало получше. «Антидилеры» ищут информацию о нарушениях закона, ходят на мероприятия с полицейскими, проверяют аптеки на предмет наличия сильнодействующих препаратов… Кстати, у нас более-менее всё хорошо с этим, не так активно продают, как в других регионах.

Насколько эффективна работа «Антидилера», если сопоставить её с уровнем наркоугрозы в Архангельске? Из статистических данных мы постоянно слышим, что всё больше становится несовершеннолетних наркоманов

На самом деле, есть ряд причин, из-за которых ситуация кажется ещё хуже, но такой не является. ФСКН Архангельской области несколько лет подряд признавали лучшей на Северо-Западе. В Москве и Санкт-Петербурге, к примеру, выявленных зависимых от «спайсов» признают психически заболевшими, а не наркоманами, как у нас. Зато тяжёлых наркотиков, вроде героина, в Архангельской области практически нет. Действительно, есть острая проблема с вовлечением несовершеннолетних в наркоторговлю. Кого-то привлекают друзья, кто-то находит «работу» через «Вконтакте».

Какие ещё проводятся мероприятия в рамках движения «Антидилер»? Тренировки?

Да, я и сам тренером в спортзале работаю, стараюсь научить активистов тому, что знаю сам, в рамках развития физподготовки. Два-три раза в неделю стабильно проводятся антиалкогольные рейды. По наркотикам — когда как, эта работа сложнее, чем по алкоголю, надо доказать вину, ведь там уголовные дела а не административка. Идут проверки точек по продаже алкоголя, фактов продажи несовершеннолетним, следование положениям нового антиалкогольного закона, который начал действовать с января. Сейчас и в Архангельске появляются «наливайки» в жилых домах, их тоже отрабатываем. Проверяем лицензии, выявляем некачественный алкоголь. В отдалённых районах города много точек по продаже спирта, порой там даже предлагают технических спирт. На Сульфате мне однажды пришлось прикидываться БОМЖом, чтобы зайти, купить… А потом к ним уже зашли сотрудники полиции. При этом время — два часа дня, а к точке уже очередь из нескольких человек.

Полиция нуждается в помощи молодёжных общественных организаций?

Да, такая помощь нужна. В том числе, создание новых ячеек «Антидилера инициируют как раз полицейские. В какое ведомство не придёшь — везде одобряют нашу работу. В полиции общественникам рады все.

Какие планы на будущее у архангельского «Антидилера»?

Будет создана народная дружина «Антидилер» для официального расширения полномочий. Туда войдёт элита движения. Она будет действовать на территории всего города. Дело в том, что некоторые мероприятия оперативников засекречены и закрытого типа, общественники не имеют права в них участвовать, а вот у дружинников такие полномочия есть. А ещё к концу года «Антидилер» откроет свои филиалы в Северодвинске и Новодвинске.

«Хочешь — в политику, хочешь — в полицию…»

В общественных движениях, которые ты курируешь, преобладает молодёжь?

В «Здоровом автобусе» большую роль играют и люди постарше, а вот в «Антидилере» такого нет, там спортивная молодёжь, но и несовершеннолетних всего несколько человек.

Есть ощущение, что наиболее развитая молодёжь уезжает из Архангельска?

Есть ощущение, что вся молодёжь уезжает. Зато приезжает много людей из районов. Возможно, это и нормально. Я много ездил по России — и если город не миллионник, то оттуда уезжают так же, как и у нас. Но меня это не напрягает. В плане общественной деятельности порой лучше работать с молодёжью из районов — они более честные, открытые, с яркой жизненной позицией. Но в самих районах с молодёжью беда — там буквально несколько человек, которым лет под 30 — и это вся молодёжь. Как только ребята заканчивают школу, они сразу уезжают учиться в города и стараются там же остаться.

Почему молодёжь идёт в общественные движения? Это альтруизм, призвание, желание «набрать очки» для продвижения в жизни?

У каждого своя цель. Кто-то хочет безвозмездно помогать обществу, в «Антидилере» люди зачастую получают необходимый опыт, чтобы дальше идти работать в правоохранительные органы… Кто-то видит, что «Здоровый автобус» хорошо ладит с властями и пытается за счёт участия в нём реализовать свои политические амбиции. Кто бы ни приходил — главное, чтобы они помогали общему делу. Если человек хочет в полицию, или в политику — то почему нет? Пусть делает добрые дела и идёт.

Общественная деятельность зачастую рано или поздно приводит в политику. У тебя получилось наоборот — из политического движения ты перешёл в общественное. А обратно в политику не хочешь вернуться?

Пока таких планов нет, а завтра будет завтра. Мне очень не нравятся подковёрные политические игры. Кажется, будучи общественниками, реальную помощь людям оказать даже легче, чем выступая от лица некой политической силы.

Зато есть желание создать ещё одно общественное движение, которое бы реальными делами решало все накопившиеся в Архангельске проблемы. Мне постоянно приходится сталкиваться с обращениями, которые не касаются сферы деятельности «Здорового автобуса» или «Антидилера», и их тоже надо отрабатывать.

Большое спасибо за интервью.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

один + 2 =