Последнее дело Фёдора Чижова: о трудном начале промышленного освоения Арктики

 Фото: www.pravoslavie.ru

Большая статья от наших постоянных партнёров.

Публикуем электронную версию журнала «Известия Русского Севера», № 7-8 за 2016 год. Ссылка на весь номер журнала находится в конце текста, а в преддверии международного арктического форума полностью опубликована статья краеведа Фаины Александровны Киселёвой о деятельности русского промышленника Фёдора Васильевича Чижова, в конце жизни занявшегося освоением Арктики для извлечения из этого дела общенациональной прибыли.

Северная природа, укрытая надолго белым саваном, скромна и величава и лишь изредка брызнет яркой краской иль полыхнёт сиянием так, что заставит восхититься этой загадкой творения. В своём великолепии Север открывается и осыпает милостями не всех, а только отважных и сильных духом людей. Среди исследователей и преобразователей далёких северных широт потерялась подвижническая лепта Ф.В. Чижова. Патина времён стирает блеск и имена, но оставляет след большого пути. Не бороздит давно корабль с его именем холодные воды, и только маяки указывают дорогу другим. Биографы Чижова, удивляясь этой маститой личности, не раз задавались вопросом: «Откуда пробилась такая Великорусская сила, какие корни питали её?»

Они называли его «русским самородком с алмазными гранями»: философ, механик, искусствовед, шелковод, редактор, финансист, строитель и учредитель железнодорожных компаний, создатель пароходств. Кроме разнообразных печатных страниц, на полотнах осталось только два его портрета, написанных по велению сердца академиками живописи В.Д. Поленовым и И.В. Репиным.

В воплощении идеи о забытых широтах Чижов выстроил стратегию развития Русского Севера и его производительных сил. В шестидесятые годы XIX века он пишет сёстрам в Кострому: «…Задумал товарищество Архангельско-Мурманского срочного пароходства… Сумасшедший ваш брат… меня заставляет любовь к России, во-вторых – забота о Вологодской дороге – оживится наш Север – норвежцы обижают поморов – потянут туда много хлеба и к Швеции – нашим единственным путём за границу, и который после сильного фантазёра Петра I – совершенно заброшен. Теперь жители прибрежного Ледовитого океана терпят крайнюю нужду – иностранцы пользуются богатствами, и поморам остаются только скудные остатки».

Чижов видит беспомощное и сильно придавленное чиновничеством развитие собственной промышленности. В статье «О финансовом положении России» 1863 года он даёт анализ слабостей государственного управления, отчётности и прямоты в деле финансов… гласности в отношении к общественной и народной жизни. Удивительно, и цензура той поры не мешала смелым суждениям, и приоритеты страны не угасли во времени. Свой запал энергии и обстоятельных расчётов он вкладывает в решение насущных проблем государства, досконально изучает все источники и возможности долгосрочных перспектив экономического роста России.

Чижов наряду с железнодорожным строительством предлагает развитие собственного торгового флота, использование водных путей и хозяйственного развития северного края Державы, «забытого правительством и местным предпринимательством». И.А. Аксаков, верный его друг и единомышленник, высказывался о нём: «Всякое дело, за которое он брался, всегда одухотворял своею нравственной стихией, высшей идеальною целью, и оно имело самые благородные последствия для следующих поколений. И тут ему не было равных…» В большом архиве Ф.В. Чижова есть личный перевод «Истории пароходства», статья «О торговом мореплавании» Вольдемара, записки о причинах упадка Архангельского торгового флота, некогда главной гавани русских купцов.

История гласит: «Здесь, еще в начале 17 века Петром I была основана первая купеческая верфь, принадлежавшая братьям Важениным, откуда ушли в северные моря два фрегата: "Св. Духъ" и "Меркурий". В 1710 году Архангельск становится губернским городом, имеющим до 30 купеческих контор, но торговля с городами от русских купцов перешла в руки иностранцев, обесценив важный доход казны». Чижов составляет «Ходатайство» на имя министра финансов М.Х. Рейтера с предложением «Об учреждении Северного промыслового и торгового Товарищества», обосновывает идею воссоздания и возможного подъёма отдалённых территорий. Он пишет: «Обилие морских зверей, рыб в водах Ледовитого океана у наших берегов с давних пор привлекает туда значительное число иностранцев на промыслы и доставляет им значительные выгоды, особенно когда норвежец-судовладелец Фойл стал использовать огнестрельные способы добычи, а наши в основном занимаются ловлей трески. Русские не используют естественные богатства своих северных вод, и цель нашего "Товарищества на паях" – развитие китобойного тюленьего, акульего, других звериных и рыбных промыслов в Ледовитом океане и Белом море». Глубокое изучение предмета было у Чижова главным стержнем в практических делах.

Этот «рулевой» знал, кто может с ним выдержать трудный маршрут. В учредители «Товарищества…» он пригласил мурманского купца 1-й гильдии Василия Ивановича Смолина, опытного мореплавателя и надёжного хозяина своего дела. В правительстве была создана «Комиссия для изыскания мер к экономическому развитию Северного края», рассматривавшая досконально «Устав Товарищества», в котором отражалось только транспортное сообщение, почтовые и другие услуги, поэтому «Устав» неоднократно дорабатывался и дополнялся Чижовым.

Целые страницы его дневников 1871–1876 годов заполнены сведениями и расчётами «Товарищества Беломоро-Мурманского и Промыслового хозяйства», в создании которого принимали участие Константин Фёдорович Литке, сын знаменитого исследователя Арктики адмирала Ф.П. Литке, начальник Архангельского порта Ухтомский и директор Департамента таможенных сборов Н.А. Качалов. Чижов, наводя каждого вступающего к нему в компанию о бескорыстном служении Родине и о вероятности убытков, сам вложил все свои свободные деньги в организацию дела, призаняв ещё у сестёр. Он добился от правительства ряда льгот и долгосрочных субсидий на 10 лет, но обязан был отчитаться о количестве пайщиков.

В «Комиссию…» от Чижова поступает ряд рекомендаций и свой поэтапный план действий:

• Приобрести парусные и паровые мореходные суда;

• Устроить завод для вытопки китового жира;

• Открыть на Мурмане склад соли, припасов, промысловых снарядов, судовых снастей и принадлежностей;

• Обеспечить содержание пароходного сообщения между Новою Землёю и Мурманским берегом, чтоб в марте прибывать на путину (не только иностранцам);

• Дать сбыт своим частным промышленникам, чтоб была конкуренция;

• Открыть в Коле ссудный банк.

Он также поднимает вопрос по содержанию учебного судна для практического обучения поморов шкиперскому делу, обустройстве народных и ремесленных школ, о развитии горного дела и даёт координаты, где находятся серебряно-свинцовые руды, самородная сера, черный колчедан, медь, торф, нефть…

Вскоре Чижову была отправлена «Записка» с перечнем рассмотренных вопросов, где отмечалось, что главнейшей причиной, задерживающей мореплавания в Северных морях, служит чрезвычайная опасность из-за неточного исследования этих морей в гидрографическом отношении и отсутствии удовлетворительных морских карт. От Морского министерства запланировалось снаряжение экспедиции в составе 12 морских офицеров и 100 нижних чинов, но после первостепенной важности выполнения работ в Чёрном и Каспийском морях. «Комиссия…» ходатайствовала о безотлагательной постройке маяков и предостерегающих знаков на берегах Белого моря и Новой Земле, в устье реки Двины, хотя их сооружение из-за недостатка средств наметили начать с 1875 года.

Устройство коммерческой корабельной верфи для ремонта и строительства судов каботажного и дальнего плавания планировалось передать в «руки» создаваемого «Товарищества…». По соглашению от разных министерств была намечена и отправлена экспедиция на Мурман для выбора пункта будущего порта.

По заданию Чижова была составлена «Заявка» и «Справка о строительстве кораблей в Англии, США, России» для «Беломоро-Мурманского срочного пароходства». Он даёт распоряжение К.Ф. Литке, который ведёт денежные счета и переговоры с «Ведомствами», договаривается с архангельским губернатором о передаче им парохода «Качалов». «Товарищество…» планирует завести два больших парохода и два маленьких и иметь всегда один запасной. По использованию большого парохода «Архангельск» велась долгая утряска, так как его планировали тайно отправить в Чёрное море из-за обострившихся отношений с Турцией. Опытный учредитель Чижов сообщает Литке: «Наше предприятие тогда даст доход, если мы сами займёмся торговлей, то есть покупать груз на месте и продавать потом в Архангельске или в Европе зимой, нам надо баржу, чтоб доставлять груз». Литке ему подробно отчитывается: «При соединении "Товарищества" промышленного и пароходного в Архангельске будет находиться главный директор "Промышленного Товарищества" и ещё нужен особый управляющий, знакомый с пароходным делом!» Он просит Ф.В. Чижова отправить письмо в Лондон – А.А. Линделу, чтобы подыскать капитана на большой пароход. Им станет капитан 1-го ранга Шильдинг, пустившийся в длинные договорённости с поморами и «Русским обществом пароходства и торговли».

Чижов просит Литке: «Надо ускорить дело, после первой горячки в Ведомствах стали впадать в апатию… наконец, всё в Министерствах подписано, наше "Товарищество" названо "Архангельско-Мурманское срочное пароходство"». Для полной «картины» о Севере на Беломорье было отправлено несколько экспедиций, сначала в 1871 году, затем в 1875 году.

А.Д. Поленов, находившийся в длительной командировке на Севере, пишет в своих письмах и отчётах Чижову: «В инструкции, написанной вами, признали крайне важным:
• сведения о настоящем положении поселений и промыслов на Мурманском берегу, расстояние между становищами и факториями, колониями, с указанием времени их устройства, численности населения;
• происхождении промышленности, предметов промысла количества и ценности добычи;
• об отвозной и привозной торговле, какие выгодно доставлять, о хлебной торговле;
• об отношении рабочих с судовладельцами…» (1875 год).

В другом письме сообщает о состоянии Мурманских приисков и постройке канала между Белым морем и Онежским озером, о постройке железной дороги до Вытегры и Кеми, хотя бы для начала конной, даёт их расчёты, сообщает о «путине»: «С конца февраля все идут на океан – Онега, Кемь, Кола, Сорока… Владельцы больших трёх судов не ловят, а принимают рыбу – идёт обвес, обман, пьянка, живут в грубом невежестве. Никто туда не добирается (в пункты) туда-то и надо провести железную дорогу, пока дешёвую».

В.Ш. Смолин очень доверяет Чижову и шлёт ему также отчёты: «…на Мурманском берегу закупка рыбы сделана, судно Зубова, зимовавшее в Архангельске, по вскрытию льда на Северной Двине идёт фрахтом в Англию, и оттуда на Мурманский берег с солью для нагрузки рыбой. Судно "Дельта", зимовавшее в Ревеле, идёт в Англию, нагруженное фрахтовым льном, чтоб покрыть транспортные расходы, и оттуда нагрузится солью и другими товарами. Это судно окончательно переведено на ваше имя и застраховано в Англии». Знали пайщики непредсказуемый характер Севера и все риски своего дела, поэтому невзгоды переносили стойко, доверяя своему «рулевому», и не напрасно.

Вскоре у большого парохода «Архангельск» сделавшего несколько рейсов по расписанию и доставлявшего груз из Норвегии в Кронштадт, сломался винт. «Видимо, дурное качество железа и плохая ковка – значит, две недели ремонта», – сообщает К.Ф. Литке, «а тут ещё пароход "Онега" налетел на камень… нужны деньги, деньги… и обязательная страховка судов "Клим" и "Онега". Буду прилагать все усилия, чтобы спасти "Товарищество"». Он просит Смолина прислать ему соленья и копченья, селёдки, чтоб поднести министрам и Великому князю…

В другом письме сообщает: «Вчера был у Государя и ссуда наша в 30 тысяч разделена, сделал заказ на уголь из Англии на весенние рейсы и страховку судов, но в Сенате сплошное разногласие, нам сочувствует только Лобанов, Витте – сплошное молчание».

Здоровье Чижова сильно ухудшилось, после лечения на водах он едет через Париж в Англию, делает осмотр заказанного парохода в Дублине для Мурманского пароходства, возвращается через Швецию, где в Стокгольме знакомится с лучшим в Европе ремесленным училищем и в основу планов своих будущих учебных заведений заносит передовые образцы мирового уровня. Послание Чижова к министру путей сообщения К.Н. Посьету даёт всю картину драматизма и самоотверженности его в служении делу:

«Пишу я это письмо к Вашему Превосходительству, как горячему старателю учреждений Мурманского пароходства… Я принял Ваши слова как истинный русский, который однажды убедившись не только в пользе и в необходимости помочь нашему крайнему Северу, принялся за дело со всею горячностью, даже если можно так выразиться, со всею страстью. Без оглядки, без заботы о том, принесёт ли оно выгоды, я положил в это дело не только всё что имел, но и вошёл в долги до 75 тысяч рублей, однако своих отдал около 200 тысяч рублей никак не заботясь, принесёт ли оно мне какие-нибудь проценты, или не принесёт никаких. Но меня заботит сильно то – может ли наше "Товарищество" выдержать все невзгоды сильно неприветливого моря, отдалённость края и трудности найти людей для местного управления. Если не выдержим, никто уже не начнёт его, директора не получают ни гроша за свой труд. У меня выгребли всё до последней копейки… нам необходимо ещё растратить до 30 тысяч рублей. Мы не можем пустить в плавание наш пароход "Архангельск", если не переменим винтов. Это обстоятельство ровно решает – быть или не быть нашему "Товариществу". Я отдал Смольному 20 тысяч – умному промышленнику на нашем Севере, но и его постигла неудача, прошедшим годом у него потонуло парусное судно… Я совершенно подчинён Вашему приговору в глубоком уважении и искренне душевной преданности имею честь быть Вашему Превосходительству…» (1876 год).

От такого послания и сейчас чувствуется дыхание защитника, воина в грозной стихии обстоятельств. В одной из последних своих записей в дневнике Чижов размышляет: «…это была вина не столько "Товарищества", сколько незнание дела и оставлении в стороне научного его понимания». Утром 14 ноября 1877 года Ф.В. Чижов, сидя в своём кресле, «представился о Господе».

Его уход к звёздам долго звучал «натянутой струной» в отзывах современников и потомков. И.А. Аксаков так вспоминал те трагические минуты: «…он сидел в креслах мёртвый, с выражением какой-то мужественной мысли и бесстрашия на челе – муж сильного духа и деятельного сердца». В «Некрологе» костромские газеты писали: «…красивая жизнь окончилась и красивой смертью… В самом деле, много ли таких людей в России? Подумаешь – и назвать некого, не с кем сравнить Чижова…»

Вскоре позиции стали меняться. Царь Александр III взял курс на поощрение отечественной промышленности и освоение северных территорий державы, за что так долго ратовал Чижов. Исследования Севера продолжались. Особенно заметной была Правительственная экспедиция 1894 года, в которой участвовал и Савва Иванович Мамонтов, любимый ученик и единомышленник Ф.В. Чижова. Он активно включился в хозяйственное и культурное освоение европейской части северных территорий. На знаменитой Нижегородской торгово-промышленной выставке 1896 года С.И. Мамонтовым была представлена удивительная и богатейшая экспозиция «Русский Север», посвящённая малознакомому, неустроенному, но поистине имеющему несметные богатства краю. Север становится зоной особого внимания, а о незамерзающей Екатерининской бухте на Мурмане, где в 1764 году перезимовала экспедиция Чичагова, в газетах и журналах идут различные сводки: «Столь прославленной и желанной волюшки нет нашим судам ни в одном из морей, ни в одном из океанов. И вот теперь трудами предприимчивых и энергичных людей открыт наш первый свободный выход в океан, через незамерзающие воды. Здесь, на Мурмане, строится новый город Александровск, ближе Варяжского залива и становится центром всей торгово-промышленной жизни Кольского полуострова»

Строительство железных дорог на Архангельск и на Мурман через Карелию открыли большие возможности для страны. С.И. Мамонтов, продолжатель достойного дела, отправляет на Мурман своих друзей – художников К.К. Коровина, В.М. Васнецова, В. Серова, А. Кисилева. Они пишут иконы и расписывают иконостас для новой деревянной церкви во имя Св. Николая Чудотворца.

В начале XX века отстраивается новый город Мурманск, где базируется Северный Военно-морской флот. В годы тяжёлых испытаний железные дороги и маршруты «Архангельско-Мурманского пароходства» являлись «спасительным кругом» бедствующему краю и стране.

По-прежнему природные ресурсы Севера и архангельские алмазные «копи» служат надёжной «скрепой» экономики страны, а христианская, сокровенная любовь Ф.В. Чижова к России указывает путь потомкам. Он говорил: «Дай Бог, чтобы он не был ложным».

Журнал Известия Русского Севера № 7-8 2016 год

Комментарии:

  1. …У меня выгребли всё до последней копейки… нам необходимо ещё растратить до 30 тысяч рублей…

    Оговорочка по Фрейду. И как раз к арктическому форуму!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

11 + 6 =